Знову завтикав за вас

Да-да, вже вкотре завтикав сюди писати. Вроді піднімає самодисципліну. Але фіг там. Ну шо, за себе напишу трохи. А лічном. Січень був дуже продуктивним місяцем. Попри всі празники на початку місяця і розслабон останні три тижні січня я, не побоюсь цього слова, єбашив як дємон. Написав кучу-кучу всього по роботі і так, намутив безліч бібліотек, нарешті дав доброго дупля в Python і Ruby (тут трохи загнув, але шо, було би більше практики). Ще що написати. Під кінець січня засів грати ігри. Як то кажуть Original games don’t fade, тому згадав дєцтво з Operation Flashpoint. Звісно рекомендувати її я б нікому не став, мабуть мої діти за років 15 її взагалі не згадають, а якщо згадають то скажуть: “та тату ви ващє башкою гримнулись, шось таке показуєте шо не дати дупля за місяць”. Ну вобщєм, хто колись в далекому 2001 грав той поймьоть. Трейлер прилагається.

Read more…

Такі діла

Людьми пожилыми, даже не отличающимися особенно тонкой наблюдательностью, давно уже замечено, что среди современников исчезает мало-помалу простое и милое искусство вести дружескую беседу. Несомненно, что главная причина этого явления — уторопленность жизни, которая не течет, как прежде, ровной ленивой рекой, а стремится водопадом, увлекаемая телеграфом, телефоном, поездами-экспрессами, автомобилями и аэропланами, подхлёстываемая газетами, удесятерённая в своей поспешности всеобщей нервностью.

В литературе стал редкостью большой роман: у авторов хватает терпения только на маленькую повестушку. Четырёхактная комедия разбилась на четыре миниатюры. Кинематограф в какие-нибудь два часа покажет вам войну, охоту на тигров, скачки в Дерби, ловлю трески, кровавую трагедию и уморительный до слез водевиль, а также виды Калькутты и Шпицбергена, бурю в Атлантическом океане, Альпы и Ниагару.

Устный рассказ сократился до анекдота в двадцать слов. Но, главное, совершенно пропало умение и желание слушать. Исчез куда-то прежний внимательный, но молчаливый собеседник, который раньше переживал в душе все извивы и настроения рассказа, который отражал невольно на своем лице всю мимику рассказчика и с наивной верой воплощался в каждое действующее лицо. Теперь всякий думает только о себе. Он почти не слушает, стучит пальцами и двигает ногами от нетерпения и ждет не дождется конца повествования, чтобы, перехватив изо рта последнее слово, поспешно выпалить:

— Подождите, это что! А вот со мной какой случай случился…

Александр Куприн

Go back to top